Фрагмент А. Примечания 9–19

Кен Уилбер

Кен Уилбер, квадранты

Оглавление

Примечания 9–19

[9] Как мы видели в примечании 6, многие вероятностные волны развития наследуются коллективно, но то, имеют они отношение к верхним или же к нижним квадрантам, зависит от рассмотрения определённых характеристик. «Красный мем», например, означает общее подмножество ценностей, которые доступны индивидууму в рамках вероятностного пространства конкретной волны сознания (волны, которую в данном случае мы называем «красной» или «эгоцентрической»). Когда индивид переживает личную субъективную ценность, которая попадает в рамки этой вероятностной волны, это есть событие верхне-левого квадранта (то есть красный мем в этом случае обозначает аспекты субъективного измерения ценности, когда она вибрирует в индивидуальном холоне определённой AQAL-матрицы). Подавляющее количество данных, собранных при помощи реконструирующего исследования, указывает на то, что общие свойства этой вероятностной волны наследуются людьми, когда они эволюционируют за пределы пурпурной волны; в нашей интерпретации это означает, что данная волна стала достаточно сложившейся космической привычкой, прегензивно познаваемой фактически всеми холонами, продвигающимися теперь по уже сложившемуся пространству.

Когда эти красные прегензии совместно разделяются с другими холонами на красном; когда есть интимный, неопосредованный резонанс красных чувств одного холона с красными чувствами другого холона или других холонов; когда красные ценности (то есть ценности, свойства которых с очень высокой вероятностью попадают в вероятностное пространство, называемое красным) формируют фон взаимопонимания; когда красные волны ценностей становятся частью ткани дорефлексивных чувствований участников любого коллективного холона; когда горизонты индивидуальных холонов, вибрирующих на красном, сливаются в достаточно взаимной прегензии: тогда мы обобщённо говорим о наличии «красного мировоззрения», и в данном случае под красным, очевидно, имеется в виду нижне-левый квадрант: не просто индивидуальное, а общественное.

И наконец, когда красная ценностная волна зажигается и вибрирует в верхне-левом или нижне-левом, наличествуют (в обязательном порядке) соответствующие вибрации в верхне-правом и нижне-правом. У людей красная ценность, ощущаемая субъективно (верхне-левый), идёт рука об руку с возросшей активностью лимбической системы (верхне-правый). И когда холоны, вибрирующие на красном, собираются вместе как группа и действуют так, словно центр притяжения группы находится на красном (то есть общие свойства поведения группы соответствуют свойствам, которые были бы сгенерированы характерными событиями на красной вероятностной волне), тогда можно говорить, что у этой группы есть синтаксис или социальная система, отражающая коллективное внешнее измерение (нижне-правый) красной вероятностной волны, а также у неё есть подмножество взаимных прегензий, семантика и дорефлексивные фоны (нижне-левый), которые отражают её межсубъективные измерения.

Таким образом, дело не в том, что существует нечто вроде индивидуальной красной ценности, в случае которой несколько холонов собираются и совершают взаимообмен этой вещью, называемой красной ценностью (правда, это тоже может происходить), а скорее и наиболее существенно оно состоит в том, что имеется общая вероятностная волна или космическая привычка (которая представляет собой повторяющуюся или кармическую вероятность обнаружения определённого класса событий в определённом пространственно-временном локусе) — вероятностная волна, которая в данном случае именуется нами «красной». И эта вероятностная волна может рассматриваться (и переживаться) из, по меньшей мере, четырёх важных перспектив: субъективной, объективной, межсубъективной и межобъективной. Эти измерения — это не четыре разных вещи, а четыре разных измерения любого действительного события (от самого верха до самого низа).

(В общем же, термин «красный» используется лишь для субъективного и межсубъективного измерений данного вероятностного пространства, что вполне нормально; однако суть в том, что есть просто общее вероятностное пространство, имеющее по меньшей мере четыре измерения, и мы можем использовать термины любого из данных четырёх измерений, чтобы обозначать другие: это всего лишь вопрос семантики. Мы могли бы просто использовать термин «лимбический», чтобы описывать корреляты во всех четырёх квадрантах, или «племенной» и так далее. Однако, в общем, различные термины используются специально для указания только на один квадрант (такие термины, как прегензия, ценности, молекулы, экосистема), и эти термины лучше отражают реалии данного квадранта или измерения, а следовательно — мы, как правило, будем соблюдать этот обычай; но при этом всегда следует учитывать тот факт, что всё это есть исключительно четыре измерения единого действительного события.)

Итак, красный межсубъективный фон не начинает существовать в результате индивидуального взаимообмена красными ценностями; не возникает субъект и в межсубъективном пространстве: скорее они все одновременно возникают и тетраэволюционируют. Любой субъект, который первоначально не сочетается (не сплетается) с априорным или предсуществующим AQAL-пространством, под влиянием отбора перестанет существовать (этот факт для доквадратического понимания выглядит как убеждение в том, что отношения, или межсубъективный фон, онтологически предшествуют субъективности, — данное раздробленное понимание заменяется теперь одновременностью тетраэволюции). Любой квадрант должен сочетаться со всеми остальными квадрантами, или же под действием отбора он перестанет существовать.

Тот факт, что коллективные измерения зачастую обладают большим удельным весом (просто под влиянием больших чисел), нельзя неверно истолковывать как то, что коллективные измерения каким-то образом онтологически первичны. Смысл-то не в том, что один квадрант предшествует другому. Вовсе нет: то, что предшествует AQAL-пространству этого мгновения, это просто AQAL-пространство предыдущего мгновения.Сперва должно произойти тетрасочетание AQAL-матрицы этого мгновения с AQAL-матрицей предыдущего, иначе прегензивное объединение будет раздроблено, формирующая причинность развалится, между «сейчас» и «тогда» не будет момента продолжительности (континуальности) и, соответственно, новоэмерджентный холон окажется стёрт с лица вселенной. (Мы утверждаем, что он сперва должен тетрасочетаться, ведь, разумеется, далее он добавит и свой момент творческой новизны во все четыре измерения, а следовательно — AQAL-матрица этого мгновения превзойдёт в какой-то степени матрицу предшествующего мгновения: вот так и растёт Космос.)

Если бы межсубъективность (нижне-левый) онтологически предшествовала субъективности (верхне-левый), то культурные фоны никогда быфундаментально не изменялись под воздействием индивидуальных субъектов (то есть субъекты, пришедшие после факта появления глубоко первичной онтологической основы, никогда бы не достигали этой основы, дабы её изменить), тогда как индивидуальные субъекты всегда оказывают некоторого рода влияние, подчас глубинное, на культурный фон. Сходным образом, сам культурный фон должен сочетаться с остальными измерениями: если, например, межсубъективный фон (нижне-левый) не сочетается с технико-экономическим базисом (нижне-правый), тогда будет наблюдаться глубинный внутренний конфликт и диссонанс между культурным и социальным аспектами бытия-в-мире холона (то есть столкновение семантики с синтаксисом). (Подробное обсуждение данного вопроса см. в разделе «Природа революционной социальной трансформации» в основной части текста.) Суть же, как обычно, в том, что квадранты одновременно возникают и тетраэволюционируют во взаимосочетании.

[10] «Глубинный» и «поверхностный» — это скользящие термины, вот почему необходимо опираться на контекст для того, чтобы лучше определить их смысл. Например, «глубинные» свойства холона определяются как то, что свойственно данному классу холонов, а «поверхностные» — это то, что свойственно лишь отдельным членам данного класса. Однако «глубинное» и «поверхностное», следовательно, относительны, ведь их смысл (значение) смещается в соответствии с уровнем самого класса. Могут быть глубинные свойства, характерные для членов конкретной семьи, конкретной субкультуры, конкретной культуры, конкретного цивилизационного блока, всех людей, всех сознающих существ и так далее. В этом случае то, что «глубинно» для одного, есть «поверхностное» для более высокого класса: например, глубинные свойства конкретной семьи (то есть свойства, совместно разделяемые всеми членами семьи) — это поверхностныесвойства конкретной культуры (то есть они не разделяются всеми членами культуры). Сходным образом, глубинные свойства культуры — это поверхностные свойства для цивилизационного блока, а то, что глубинно для этого блока, поверхностно для всех людей и так далее. Все эти значения приемлемы — до тех пор, пока они основываются на надёжных свидетельствах и данных, полученных в результате хороших реконструирующих исследований.

Кроме того, по-видимому, все эти коллективы (а также индивиды) генерируют морфические поля, — в этом-то и существенное положение, выдвигаемое Шелдрейком. Таким образом, данные классы не являются только лишь абстракциями, — вот ещё одно существенное положение. Иначе говоря, эти морфические поля (семьи, группы, субкультуры, культуры, людей) накладывают формирующую причинность на форму всех холонов в данном классе, что составляет часть их наследования глубинных свойств (или космически-кармического влияния, оказываемого на последующие холоны). Шелдрейк предлагает один за другим примеры, как различные классы холоны оказывают морфическое влияние на других членов данного класса (будь то семьи, группы, нации, всех людей, всех видов и т. д.). Цивилизационный блок, например, объединён тем фактом, что все его участники говорят на определённом языке (например, английском), и данное коллективное лингвистическое поле оказывает сильное морфическое воздействие на его членов. Сходное наблюдается с влиянием, которое может оказать на своих членов семья, референтная группа, нация и так далее. Каждый из данных классов в той степени, в какой они действительно существуют, имеет глубинные и поверхностные свойства; и глубинные свойства наследуются всеми членами данного класса как часть его космической кармы.

В основной части текста, когда я обобщённо говорю, что «глубинные свойства наследуются, а поверхностные — нет», я обычно имею это в виду с перспективы класса универсалий (если не указывается что-то иное). С данного угла обзора, универсально наследуемые глубинные свойства, скажем, бежевого (например, потребность в еде, воде и крове, которая обычно универсально наследуется всеми людьми без исключения), тем не менее, не предопределяет того, что данная конкретная культура или данный конкретный индивидуум конкретно делает в том, как добывать еду, воду или кров, так что мы говорим, что эти специфические поверхностные свойства универсально не наследуются: это поверхностные свойства, которые по-разному проявляются в зависимости от рассматриваемой культуры, и данные культурные различия необходимо признавать и ценить.

Но той или иной конкретной культурой неизменно будет разрабатываться набор практик (например, определённая структура языка; различные этические нормы; определённый технико-экономический способ производства, стили моды и общепринятый этикет и так далее) — практик, которые, хотя и поверхностны по отношению к универсальным структурам (то есть данные конкретные формы не наследуются всеми людьми), тем не менее являются общими для всех членов данной культуры, а посему они являются глубинными свойствами данной конкретной культуры, наследуемыми в виде фона всеми обычными членами культуры. Посему социокультурные фоны (межсубъективные и межобъективные) в действительности являются глубинными свойствами для данного обществаи, как таковые, они наследуются всеми обычными членами данного общества (но не всеми людьми во всём мире). И, сходным образом, внутри глубинных структур определённой культуры есть семейные поверхностные структуры, — но они могут быть общими для всех членов данной семьи, а следовательно — являются «глубинными» структурами, коллективно наследуемыми всеми членами данной семьи (но не всеми членами данной культуры, равно как и не всеми людьми).

Суть же в следующем: то, что является «поверхностным» для одного уровня, может быть «глубинным» на другом (и, помимо всего прочего, глубинные свойства на любом уровне оказывают влияние в виде морфического резонанса и формирующей причинности на холоны того же класса-уровня). Более того, для того чтобы заметить «глубинные» свойства, требуется соответствующий когнитивный аппарат. К примеру, жёлтая теория систем раскрывает универсальные паттерны, которые синее или зелёное познавание не может различить. (См. «Фрагмент C», подраздел «Краткая история конперцептов».)  Именно поэтому, например, зелёный мем, который не имеет когнитивного доступа к второпорядковым холархическим универсалиям и их кросскультурным глубинным свойствам, воображает, что везде есть только лишь поверхностные свойства: мол, существуют только релятивистские (относительные) и плюралистические свойства. Однако как только появляются второпорядковые интегральные когнитивные способности, наш взгляд оказывается способен сфокусироваться на глубинных свойствах, лежащих в основании культурной относительности: таких, как глубинные паттерны квадрантов с перспективами первого, второго и третьего лица и самой спиралью развития. Это не отрицает относительности множества культурных продуктов (которые и вправду универсально «поверхностны», а не универсально «глубинны»). Однако это дополняет воинствующий релятивизм многими раскрываемыми жёлтым и бирюзовым свойствами, которые кросскультурно встречаются у всех людей, включая и многие утверждения, которые делают сами постмодернисты, например в отношении интерпретационного компонента, свойственного всему человеческому познанию; он вправду является универсально глубинным компонентом.

Посему общее утверждение, что «глубинные свойства наследуются, а поверхностные — нет» всегда требует уточнения, ведь конкретный смысл зависит от того, какой класс-уровень подразумевается. Утверждение, на самом деле, значит: «наследуются всеми членами данного класса».

Если резюмировать: в общем, в основной части текста я указываю на кросскультурные или универсальные свойства. А следовательно, когда я говорю «глубинные свойства наследуются, а поверхностные — нет», я имею в виду, что данные общие вероятностные волны наследуются всеми людьми как космические потенциалы/привычки, но и только-то, если в кросскультурном смысле. Ничто из того, что относительно поверхностно для этих глубинных свойств, не наследуется универсально. Но это не мешает тому, что определённые культуры, субкультуры и семьи обладают свои собственные «глубинные» свойства, которые  коллективно наследуются их членами (как определила реконструирующая наука). На их конкретном классе-уровне (скажем, культуры) опять же справедливо то, что «глубинные свойства наследуются, а поверхностные — нет»: в данном случае это означает, что все члены данной культуры наследуют определённые глубинные свойства, такие как межсубъективный фон данной культуры (который в общем является глубинным для всех обычных членов), однако не все члены наследуют определённые свойства в рамках этого фона (это поверхностные свойства). Однако некоторые свойства, являющиеся поверхностными для данной культуры, могут получить распространение во всех членах определённой семьи, в случае чего их необходимо считать глубинными свойствами для данной семьи, которые наследуются всеми членами семьи (это особенно верно, как интуитивно понятно почти всем, в отношении патологических черт в семье, где прегрешения отцов и матерей оказывают влияние вплоть до седьмого колена…).  Тут мы имеем глубинный семейный кармический паттерн, который, тем не менее, является поверхностным для самой культуры (и определённо поверхностным для всех людей).

В любом случае, пожалуйста, учитывайте скользящий характер «глубинного» и «поверхностного» в последующем далее повествовании о формирующей причинности, морфическом резонансе и космической карме в общем. Как я уже отмечал, в тексте обычно я имею в виду кросскультурные иуниверсальные свойства (глубинные для всех «нормальных», или обычных, людей), так что всё остальное рассматривается как «поверхностное», иными словами: всё остальное — в культурном плане относительно (так и есть). Однако в рамках этих культур есть множество глубинных свойств, наследуемых данной культурой, различными субкультурами, семьями и индивидуумами (причём морфический резонанс и формирующая причинность, по-видимому, делают свой вклад в механизмы данного наследования — в дополнение к факторам в других квадрантах, таким как прегензивное объединение, генетика, автопоэз, габитус и т. д.).

Важное положение, которое будет выдвинуто в основной части текста, состоит в том, что ни одно из этих глубинных свойств на каком-либо из уровней (включая и универсальный) не предопределено каким-либо платоновским, гегельянским, ауробиндовским или предзаданным архетипическим образом. Они эмерджентно возникают в процессе эволюции частично как творческая новизна, и лишь после того, как они оказываются заложены в форме космических привычек, они становятся потенциалами, которые наследуются последующими холонами. Это сущностный аспект перехода от метафизики к постметафизике.

[11] Общая идея включает то, что в технических терминах называется «состояниями и стадиями»: хотя более высокие стадии ещё коллективно не кристаллизовались как космические привычки, более высокие состояния(включая тонкие, причинные и недвойственные состояния) доступны буквально всем. Причина в том, что четыре великих естественных состояния сознания, данные всем людям (бодрствование, сновидение, глубокий сон и непреходящее недвойственное сознавание), открывают один тип доступа к четырём великим потенциалам, которые охватывают весь морфогенетический спектр: грубое, тонкое, причинное и недвойственное. Любой, фактически на всех стадиях развития, может пережить изменённое состояние или пиковое переживание этих высших состояний (по простой причине, что все бодрствуют, спят и видят сны). Эти высшие состояния реальны, они существуют, они подлинны и они могут раскрыть более высокие, глубокие, широкие реальности, простирающиеся по всему спектру и великому морфогенетическому полю (от грубого к тонкому и причинному), даже хотя ни одно из этих высших состояний не сложилось в широко доступные, наследуемые, специфические, конкретные, морфогенетическиестадии. (Как мы видели, передовой край коллективного стадиеобразования сегодня находится где-то в районе бирюзового и кораллового.)

Когда какой-либо передовой новатор впервые прорывается в какие-то из этих более высоких потенциалов (неважно, осуществлено ли это вчера, сегодня, или завтра), они могут это сделать одним из двух базовых способов: в видевременного пикового переживания (или изменённого состояния) или в видепостоянного приобретения (или устойчивой черты). В первом случае они просто испытывают какой-то из высших потенциалов в качестве временного духовного переживания или изменённого состояния сознания, которое может оказать на них сильнейшее влияние (и их последователей, если они становятся учителями). Однако эти потенциалы не становятся постоянно доступной чертой или приобретением в сознании.

Для того чтобы это произошло (для того чтобы временные состояния стали постоянными чертами) новатору необходимо пройти некоторый путь обучения, роста и необратимого развития к этим более высоким потенциалам. Как и в случае со всеми формами обучения (от обучения языку до обучения карате и обучения езде на велосипеде), будет наблюдаться некая версия стадий, или нечто вроде последовательного развёртывания этих приобретений. Как и со всеми новыми эмерджентами, многие из этих последовательных приобретений сначала возникают как свободная и творческая новизна на хаотичном и бурлящем передовом краю развития и эволюции. Но если их повторяет всё больше холонов, они начинают медленно складываться в космические привычки, которые в результате оказываются доступны последующим холонам, задействующим данное конкретное предписание, впервые вызвавшее к жизни и тетразадействовавшее данный конкретный путь и его стадии. Гаутаме Будде, к примеру, приписывают создание новаторской последовательности медитативных предписаний (образцов, парадигм, практик), которые могут провести серьёзного практика от грубых состояний (бодрствования) через тонкие состояния (савикальпа) к причинным состояниям (нирвикальпа, ниродх, нирвана). Данные конкретные практики включают последовательность медитативных стадий, которым он обучал своих последователей (как и все стадии, они были не жёсткими и дискретными линейными шагами, а флюктуирующими, перетекающими и взаимоналагающимися волнами сознания, однако в общем они развёртывались от основательных усилий по освоению нравственных принципов, или шила, к медитативным практикам поглощения и озарения, ведущих к нирвикальпе, ниродху и нирване; как и в случае со всеми стадиями вообще, развёртывание данных стадий в обратном порядке никогда не наблюдается). По мере того, как всё больше и больше практиков следовало этим общим стадиям (в AQAL-контексте: то есть в коллективах, или сангхах, закреплённых в социальных институтах), всё большее число данных стадий прочно укоренялось в форме космических привычек, которые превращали данный конкретный медитативный путь в надёжную последовательность стадий, через которые можно пересечь великое морфогенетическое поле высших тонких и причинных потенциалов. Сегодня общие стадии медитации випассана доступны в виде устойчивых приобретений в медитативной линии развития, хотя, разумеется, их различные поверхностные свойства варьируются от культуры к культуре и от человека к человеку. Но в этих стадиях нет ничего, что представляло бы собою предзаданные, фиксированные, абсолютные, независимо существующие онтологические структуры, планы или уровни реальности и сознания. Напротив: по мере того, как всё большее число передовых новаторов продвигается в высшие состояния более устойчивым образом, они во всё большей степени придают формы этим размерностям, формы, которые, когда они перенимаются всё большим числом людей, в итоге складываются в космические привычки в виде доступных стадий развития, которые можно задействовать при помощи определённых последовательностей парадигм и предписаний. (Но даже тогда, конечно же, наследуется исключительно их глубинная форма, или морфический паттерн; их поверхностные формы и содержания будут варьироваться в зависимости от культуры и человека так же, как варьируются сегодня поверхностные формы красного, синего, оранжевого и так далее. И нужно ли говорить, что есть множество иных отличающихся путей, которые доступны по всему великому спектру сознания.)

Сегодня, к примеру, Хамид Алмаас выстраивает новые последовательности волн и стадий, простирающихся по всему великому морфогенетическому полю высших потенциалов; по мере того, как всё большее число его последователей следуют определённой морфогенетической борозде, первооткрывателем которой он является, тем больше её свойства прочно укореняются в форме космической привычки в этой конкретной линии развития в AQAL-матрице. Путь этой линии, другими словами, врезается сегодня в космическую текстуру, и, подобно всем другим линиям, он будет окрашен признаками своего основателя, как позитивными, так и негативными. Это неизбежно в отношении любого более высокого и новаторского прорезания пути, а следовательно, мы всегда надеемся на то, что основатель или основатели того или иного пути в том или ином конкретном потоке развития создают достаточно самокритичную сангху, способную внутренне замечать и самоисправлять любые основные девиантные паттерны. (У человечества, тут и говорить не приходится, довольно плохая репутация в этом отношении…)

Более подробное обсуждение четырёх великих состояний (бодрствования, сновидения, глубокого сна, недвойственного) и соответствующих им потенциалов (грубых, тонких, причинных, недвойственных) см. в «Панели G: „Состояния и стадии“», опубликованной на вебсайте [Кена Уилбера]. Смысл же в том, что в любой отдельно взятый момент времени высшие состояния коллективно доступны, даже если того же не скажешь о высших стадиях (хотя более высокие стадии и могут быть уникальным образом выкованы индивидуумами или сангхами); однако чем большее число индивидуумов прорывается в высшие состояния, тем в большей степени таковые становятся доступны в виде коллективных стадий (или космических привычек) — стадий, которые возникают как априорности, но в действительности являются апостериорностями. Вот в чём суть постметафизического выведения высших потенциалов без обращения к платоновским или ауробиндовским данностям.

[12] Кризис легитимизации может, конечно же, произойти вне зависимости от уровня мировоззрения. Даже высокоаутентичные мировоззрения должны искать и обретать легитимность. Аутентичность не служит гарантией легитимности и наоборот. См. книгу «Общительный Бог» («A Sociable God», 3-й т. собр. соч.).

[13] Но не нужно при этом упускать из виду сотни и тысячи микротрансформаций или микровозрастаний глубины, которые могут происходить и действительно происходят в индивидуальных и общественных процессах. Дело попросту лишь в том, что серьёзные макротрансформации (например, от собирательства к садоводству, от садоводства к сельскому хозяйству) сравнительно редки.

[14] См. примечание 17.

[15] Это часть AQAL-реконструкции Маркса и сделанного им вклада: важность марксистско-исторического материалистического компонента в том, что он включает нижне-правые измерения социальных систем и институциональную властную силу, которую те воплощают. Чего всецело не хватает в «новопарадигматических» и постмодернистских версиях «трансформации», это того, что они полностью упускают из виду объективные и межобъективные реалии, опираясь лишь на субъективные и межсубъективные факторы. Кроме того, как мы увидим в нашем историческом обзоре нижне-правого квадранта (см. «Фрагмент B»), марксизм — это в широком смысле форма структурализма развития (или межобъективных сил производства и соотношений производства: то есть соотношения означающих с системами синтаксиса). Это можно адекватно проанализировать только при помощи интегральной операционной системы (ИОС).

[16] Одна из множества непреодолимых трудностей, связанных с воззрением экопримитивизма (которое считает фуражные племена охотников и собирателей экологическим, социальным и политическим раем), в том, что такому взгляду сложно объяснить, почему, если всё так и было, сами собиратели отбросили данный способ производства и перешли к садоводству практически всюду, где представилась такая возможность. Зачем культуры в массовом порядке отказывались от того, что предположительно было раем? Добровольный отказ от рая требовал бы большой глупости со стороны фуражных племён, или же вовсе не было никакого рая, в котором они якобы обитали (скорее они обитали в относительном аду, который стремились трансцендировать, — что им и удалось).

[17] Между прочим, предложенное выше описание природы социальной трансформации — это краткое резюме одного из основных разделов первоначального 2-го тома трилогии «Космос» (который теперь станет 3-м томом). Этот раздел занимается глубинным анализом индивидуальной, культурной и социальной трансформации с точки зрения AQAL. Он приходит к тому, что, по моему убеждению, является новыми и интересными выводами об общественных трансформациях: такими как то, что единственной величайшей (но не единственной вообще) детерминантой среднего модуса сознания является форма технико-экономического базиса, лежащая в основе систем правления данным конкретным обществом; там присутствуют также и обширные рассуждения о специфических факторах, которые требуются для того, чтобы инициировать трансформацию в любом из квадрантов, а также данные о типах трансформации, которые происходят (или не происходят) в современном мире.

[18] Я назвал бы это «четырёхквадрантной прегензией» или «квадратической прегензией», но это настолько расширило бы изначальные смыслы Уайтхеда, что ввело бы в заблуждение. Однако идея и вправду в том, что все четыре квадранта «касаются» своих предшественников, а данное касание — это часть квадратического наследования. И всё же «прегензия» по Уайтхеду в действительности покрывает только лишь верхне-левый квадрант по причинам, объяснённым в тексте (например, многое из формирующей причинности прегензивно не познаётся, но тем не менее оказывает своё влияние). См. ниже в основной части текста раздел «От частичного к полному диалогическому наследованию». Если я иногда и использую такие термины, как «квадратическая прегензия» (ведь их достаточно легко понять), то, пожалуйста, имейте в виду их действительное значение.

[19] Сегодняшние интерпретации становятся завтрашними фактами в форме космического наследия, — но это в том случае, если — и только если — они выживают под воздействием механизмов давления отбора во всех четырёх квадрантах. Разумеется, если говорить технически более выверено, именно тотальность AQAL-пространства этого мгновения передаётся AQAL-пространству следующего мгновения, так что факты (правосторонние квадранты) и интерпретации (левосторонние квадранты) этого мгновения передаются фактам и интерпретациям следующего мгновения. Суть же попросту в том, что факты и интерпретации, или объективность и субъективность, или материя и сознание, это неотделимые друг от друга измерения всех холонов.

Между прочим, поверхностные структуры (в любом квадранте) имеют свою индивидуальную историю, которая субъективно наследуется в качестве прегензивного объединения и объективно наследуется в качестве индивидуальных морфогенетических полей. Для того чтобы проявиться, они должны сочетаться с межсубъективными и межобъективными полями-данностями (опять же: квадранты тетраэволюционируют).

Оригинал: «Excerpt A: An Integral Age at the Leading Edge. Notes 9–19» © Кен Уилбер, 2003

Читать далее: «Примечания 20–30»