В поисках счастья: относительное и абсолютное решение

Многие клиенты обращаются ко мне с такими запросами: хочется чуть больше покоя, центрирования, целостности, чуть больше счастья, баланса в жизни. И это действительно всё то, что даёт, согласно современным исследованиям и тысячелетней традиции, практика медитации mindfulness (медитации внимательности). Помогать людям находить чуть больше покоя и гармонии в жизни — я вижу в этом огромный смысл и радость, и знаю, что техники внимательности действительно работают1. Тем не менее, я стараюсь не забывать о том, что покой, центрирование и счастье в современной нерелигиозной практике медитации означают нечто совсем иное, чем в религиозных созерцательных традициях.

В этой статье я хочу затронуть тему разницы между подходами западного mindfulness-движения и духовных традиций Востока к практике внимательности.

Скажу сразу, что в современной мирской традиции медитации (которая заявляет, что выкинула весь «мифический багаж» традиционных религий) происходит подмена понятий, когда свойства и эффекты медитации подменяют собой её цели — то, для чего она была разработана около 2500 лет назад. А разработана она была только для одного — полной и радикальной трансформации нашего сознания таким образом, чтобы достичь освобождения от фундаментального беспокойства, вызванного мнимой ограниченностью нашего «я». В одних традициях это достигается через прозрение в иллюзорность «я», в других — через реализацию тождественности этого «я» и Бога, и так далее. На протяжении тысяч лет никто не практиковал медитацию для снижения риска сердечно-сосудистых заболеваний или оптимизации своих рабочих процессов.

Медитация была разработана только для одного — полной и радикальной трансформации нашего сознания

Я ни в коем случае не утверждаю, что одни цели лучше других. Уже давно в терапии и коучинге утвердился принцип работы от запроса клиента, когда направление движения задаётся целями клиента, а в том случае, когда клиент не понимает свои цели и ценности, терапевт/коуч помогает эти цели клиенту прояснить. Медитация, как и любой другой инструмент самоисследования, может служить разным целям.

Тем не менее, многие нейропсихологи (и присоединившиеся к ним учителя духовных традиций) высказывают в последнее время опасения, связанные с тем, что десятки книг и тысячи исследований (про)дают сейчас излишне позитивный и упрощённый взгляд на медитацию. Например, что простое упражнение по концентрации на дыхании может помочь вам получить больше покоя и собранности в жизни, больше яркости ощущений, меньше «радио» в голове… И действительно, практики медитации получают подобные эффекты. Собственно, многим клиентам я именно это и рекомендую! И тем не менее, часть этих эффектов, вероятно, можно получить и от регулярных поездок за город или смены диеты.

Чем отличается практика формальной медитации (скажем, когда мы спокойной сидим с закрытыми глазами) от поездки за город? По большому счёту, только целью. За город мы едем для чего-то: развеяться, подышать свежим воздухом, посмотреть на что-то новое и интересное. Возможно, для наполнения жизни новыми впечатлениями (для чего?), или для переключения от рутины (для чего?), или для бὸльшего здоровья (для чего?).

Для чего? В конечном итоге, полагаю, для того, чтобы в жизни было больше удовольствия, интереса и счастья2. Из общения с людьми, из чтения, из своего опыта я вижу, что мотивация любой деятельности, любой жизни вообще сводится, в конечном итоге, к желанию удовольствия, покоя, интереса или счастья (оставим за скобками мотивацию «потому что так надо/принято» или неспособность в принципе к саморефлексии). И если это так, то желания счастья, удовольствия, покоя — это на самом деле наши фундаментальные желания, самые глубинные желания. Есть ещё мотивации эффективности и самореализации, но если и их деконструировать простым «зачем?», то окажется, что желание эффективности и реализации связано с дискомфортом из-за их отсутствия. Другими словами, субъективное ощущение эффективности и реализации (а эти штуки всегда субъективны) всё так же даёт состояние удовлетворённости, счастья и покоя.

Однако наша человеческая ситуация заключается в том, что любые вещи, дающие нам радость, удовольствие и покой — временны. Как бы вкусно я не поел, через пару часов мне снова захочется есть; как бы качественно не съездил в отпуск, меня снова засасывает рутина; каким бы потрясающим не был мой только что завершенный проект, я уже снова ищу, чем заняться; каким бы хорошим не был вчерашний день, сегодня я снова ругаюсь с любимой… Всё это — относительные, временные меры, толкающие нас снова и снова к поиску временных же средств, дающих относительное удовольствие и покой. И это само по себе не плохо и не хорошо; это просто наша человеческая ситуация, в которой единственное абсолютное — это то, что в какой-то момент наша жизнь закончится смертью. И перед лицом этого абсолютного, какая разница, сколько раз я вкусно поел? Насколько я радостно или грустно жил? Сколько денег я скопил на счету?

Именно здесь на сцену человеческой истории выходит духовная созерцательная практика. Потому что она заявляет о чём-то совершенно удивительном: что возможна реализация абсолютного счастья, удовольствия и покоя. Возможно не просто «примириться» со своей смертностью с позиции ограниченного маленького человека, но реализовать смерть частью жизни, осознать себя неотъемлемой частью жизни и смерти, осознать себя их полным и абсолютным воплощением, узнать себя не только в жизни и смерти, но и вовне их.

И вот этим для меня отличается духовность от любых других направлений человеческой разумной деятельности. Тем, что её целью, в отличие от любых «мирских» дел, является абсолютное, а не относительное. Вневременное, а не временное. А практика внимательности, практика медитации была всегда простым инструментом на службе у такой духовности.

В истории человечества было сформировано множество духовных традиций, которые выбирали абсолютное, отрицая мирское, отрицая жизнь с её временными удовольствиями и личными смыслами; которые превозносили аскетизм и «уход в пещеры»3. И разумеется, это не то, к чему я всё это пишу.

В нашей человеческой природе, как я вижу, сводить всё к простым, но временным радостям. В том числе и потому, что горизонты нашего планирования как правило не учитывают скорую и такую абсолютную смерть (она гораздо абстрактнее реального чувства сытости или радости от нового плазменного телевизора). И духовность и медитация не избежали, весьма естественно, такого же упрощения. Подмены абсолютного — относительным. И в результате, медитация помогает повысить иммунитет и снизить нервозность, забывая о своём основном вопросе: «Зачем?». Перед лицом абсолютной смерти, по какой черте проходит субъективная грань между моим счастьем и страданием? Насколько эта черта удовлетворительна? Может ли она вообще быть удовлетворительной, пока я не решу основную загадку — как я рождаюсь и умираю в каждую новую секунду? И можно ли это вообще решить?

Практика внимательности даёт ответы на эти вопросы.

Она не даёт уйти только лишь в абсолютное, поскольку её единственная задача – непрестанно наблюдать за относительным. Непрестанно наблюдать за всем, что высвечивает наше внимание: звуки и запахи, телесные ощущения и эмоции, мысли и образы, состояния и суждения… И да, она даёт возможность переживать больше радости и счастья, воспринимать жизнь ярче и полнее.

Медитация помогает повысить иммунитет и снизить нервозность, забывая о своём основном вопросе: «Зачем?»

Но все эти временные переживания радости и счастья, пусть и более «чистые», чем удовольствие от вкусного гамбургера или веганской пиццы, обретают свой относительный смысл только в контексте абсолютного — и это также то, чему способствует непрестанная практика внимательности. Она начинает показывать любые явления так, какими они на самом деле предстают нашему сознанию до того, как мы навязываем им наши личные смыслы. И она начинает открывать источник всех явлений — то, откуда всё рождается и куда уходит. Делает нас сперва свидетелями ежесекундной жизнесмерти, затем участниками и частью этой жизнесмерти, а затем и самой этой жизнесмертью, которая воплощается и умирает нашим телом и сознанием сотни раз каждый миг.

Без раскрытия и реализации абсолютного в относительном ничто не имеет смысла. То есть имеет, конечно, но смыслы временные и неудовлетворительные в конечном итоге. Именно в этом суть духовности (в моём понимании), и именно это — то, что не понимают современные «воинствующие атеисты». Духовность — это не набор мифических верований и ненаучных убеждений. Это практика обнаружения абсолютного и реализации его в относительном. Практика наполнения прогулок в лесу, поедания пиццы и любви к ближнему абсолютным смыслом, когда каждое такое действие становится максимально полным и совершенным выражением жизнесмерти во всей её красоте.

Духовность — это не набор мифических верований и ненаучных убеждений. Это практика обнаружения абсолютного и реализации его в относительном

А то, что при этом (или — на пути к этому) мы находим в жизни чуть больше радости, чуть больше спокойствия, чуть больше красоты — это приятный побочный эффект. Как и то, что медитация помогает лучше спать, меньше ссориться с любимыми, и меньше переедать.

Ещё один важный момент, о котором я упомянул вначале: многие современные исследования практик внимательности выставляют их в исключительно позитивном свете; ещё бы, так много позитивных эффектов! Однако эти эффекты, как правило, измеряются после стандартной 8-недельной программы MBSR 4 — её исследуют больше всего. И да, если практиковать медитацию для снижения уровня холестерина (а я ничего не имею против этого!), то возможно, что вы будете отмечать линейные позитивные изменения. Но если вы практикуете ежедневно и регулярно, то вы знаете, что динамика изменений вовсе не такая линейная и позитивная, как хотелось бы (и об этом пишут не так часто, как хотелось бы). Действительно, с каждой неделей вы можете обнаруживать всё больше счастья и больше покоя, но можете обнаружить и сильные спады, сложности и застои в практике, низкие и тяжелые эмоциональные состояния. В современном языке это то, что называется «Тёмная ночь души», и об этом — в следующей статье.

Примечания

  1. В своей работе и своей практике я использую преимущественно методики бирманских и тайских традиций буддизма тхеравады (саматха и випассана), а также методы Гурджиева (вспоминание себя), Адьяшанти и других современных учителей. В частности, я практикую и преподаю базовую внимательность — системный подход Шинзена Янга к эффективному самоисследованию с помощью созерцательных практик.
  2. Когда Далай-ламу XIV спросили, в чём смысл жизни, он сказал: «Конечно, для того, чтобы быть счастливыми. Но это элементарный вопрос. Гораздо сложнее другой вопрос — как, собственно, это сделать?» (цитирую по памяти).
  3. Наиболее крайними примерами этому могут служить джайнизм и другие аскетические традиции Индии, философии киников и стоиков Древней Греции, практики «усмирения плоти» у средневековых христианских столпников и затворников, самомумификация японских монахов, и так далее.
  4. Mindfulness-based Stress Reduction — подход, разработанный американским учёным Джоном Кабат-Зинном, и успешно применяемый в школах, больницах, университетах и хосписах уже более 30 лет.

Ширяев Виктор

Виктор Ширяев

Инструктор медитации, востоковед и интегральный практик.

mind.space

Комментарии

  • http://pustoshkin.com/ Eugene Pustoshkin

    Благодарю за статью. Действительно, важно выводить дискурс о различных медитативно-созерцательных парадигмах на более интегральный уровень, учитывающий множество перспектив и не забывающий о предельной цели тех или иных систем практик.

    • Alexey Cody Volkov

      Евгений, спасибо огромное, что «вконтакте» Вы дали ссылку на эту статью! Она просто глаза мне раскрыла!

  • Anita Guevera

    «Без раскрытия и реализации абсолютного в относительном ничто не имеет
    смысла. То есть имеет, конечно, но смыслы временные
    и неудовлетворительные в конечном итоге.» — отлично! спасибо за статью. очень все ясно изложено. именно такие неясные мотивации являются причиной того, что люди после 8 недель практики получившие позитивный опыт, бросают практику столкнувшись с более глубокими слоями, которые поднимаются при продолжительной практике. важно, чтобы учителя медитации и вообще духовные учителя не обещали панацеи и решения проблем и стремились к честной подаче информации без искажений.

    • Victor Shiryaev

      Совершенно верно! Спасибо, Анита!

  • http://evolutio.in Alexander Zhulenkov

    Спасибо! Понемногу начинаю понимать различие между направленной на мистические (трансперсональные) переживания медитацией и медитацией как способом ответить на вечные духовные вопросы, на глубинные экзистенциальные вопросы, медитацией как жизненным путём. Это действительно различные вещи, нельзя их путать. Но, хоть они и различны, вряд ли к трансперсональному сознанию можно прийти иной дорогой, чем духовный путь, чем путь любви и сострадания.

    • Victor Shiryaev

      Саша, спасибо за комментарий! У меня тут один вопрос, как следствие статьи — а к трансперсональному состоянию приходить нужно зачем?

      • http://evolutio.in Alexander Zhulenkov

        Привет! Замечательный вопрос, он меня взволновал более двух лет назад и я продолжаю размышлять над ним до сих пор. Честно говоря, я считаю, что цель развиться к трансперсональному уровню сознания сама по себе не имеет никакого смысла. Да, некоторые люди просыпаются однажды утром и обнаруживают, что способны на длительное время «остановить мысленный поток» и пребывать в состоянии безмыслия. Они просыпаются в мире трансперсонального, в мире, в котором нет «я делаю», но есть «воля действует сквозь меня». Как правило, такие люди не особо боятся смерти своей личности, поскольку они отождествляют себя с чем-то большим, чем личность (с Богом, взаимосвязанной Вселенной, Большим Умом или какой-нибудь ещё трансперсональной штукой). Часто такие люди чувствуют родство не только со всем человечеством, но и с растениями и животными. Эти люди лучше, чем другие, ощущают своё тело, а их интуитивное чутье во множество раз происходит интуитивное чутье обычного человека. Проще говоря, они являются «прирожденными экстрасенсами». Часто их превосходство проявляется и в области интеллекта: они способны замечать незаметные глазу обычного человека сложные взаимосвязи между различными событиями. Несомненно, эволюционировавшие к трансперсональному сознанию люди более талантливы и способны, чем среднестатистический человек. Но это не означает, что они обязательно являются счастливыми. Эти люди могут совершать чрезвычайно злые поступки и допускать низкие мысли. Они могут переживать глубокую депрессию, быть законченными ипохондриками и невротиками. Таким образом, цель достичь трансперсонального уровня развития сознания лишена смысла.

        Страстное желание каким-либо образом (в качестве кратковременного переживания или полноценной трансформации) получить доступ к трансперсональному сознанию, как мне кажется, никак не способствует достижению желаемой цели. Вопросы типа «каким было твоё лицо до рождения твоих родителей?» или задания вроде «пребывай в безмыслии» являются чем-то вроде лакмусовой бумажки, позволяющей отделить тех, кто близок к трансперсональному сознанию от тех, кто менее развит. Например, восьмилетний ребенок «зависнет», если ему задать вопрос «что будет, если муха, которая весит 100 кг., сядет на слона, который весит 100 гр.?». Точно так же, обычный взрослый «зависнет», если дать ему задание «пребывай в безмыслии». Однако вряд-ли способность останавливать мысли или какая-либо ещё трансперсональная способность прямо связана с вопросом счастья. Как правило, дети счастливее взрослых. Счастье не зависит от уровня развития.

        Счастье не зависит от уровня развития, однако сам процесс эволюции сознания, как мне кажется, тесно сопряжен с феноменом счастья. Процесс эволюции (расширения) сознания для меня является синонимом безусловной любви ко всем существам во Вселенной. Счастье является лишь побочным продуктом этой эволюции, этой любви. Именно поэтому желание ощутить себя счастливым ведет к ощущению себя несчастным, к переживанию своего бытия как бессмысленного. Поскольку желание быть счастливым эгоистично, поскольку оно является следствием отказа от духовного выбора, от погружения в мир безусловной любви, то оно, естественно, ведет к страданию.

        Медитация (как и молитва) является хорошим инструментом, помогающим погрузиться мир духовного выбора, мир безусловной любви, мир абсолютного сострадания. Например, медитация тонглен в интерпретации Уилбера: «вы вдыхаете страдание мира и выдыхаете мир и счастье, которые у вас есть, вы забираете страдание и посылаете облегчение». Или медитация, направленная на различение боли и страдания: если в сильную боль войти с полным осознанием, не отворачиваясь от неё, то боль переживается чрезвычайно ясно и страдание уходит. Или медитация, направленная на пребывание «здесь и сейчас»: любое действие, которое осуществляется из отношения безусловной любви ко всем существам во Вселенной, имеет цель, но абсолютно безразлично к результату. Это действие является свободным и непосредственным словно танец малого ребенка. Наверное, медитация — самая лучшая технология из всех, которые изобрел человек. Она указывает нам на возможность духовного выбора, на возможность безусловной любви ко всем живым существам, вплотную подводит нас к порогу царства Духа, царства благодати, смысла и счастья. Нам остается лишь сделать шаг и это очень просто. Духовный выбор вообще не требует затраты сил, не требует энергии. Мы просто выбираем безусловною любовь по отношению к Другому и действуем исходя из этой любви.

        • Alexey Cody Volkov

          Александр, я бы хотел задать вопрос: Вы связываете счастье с безусловной любовью ко ВСЕМ существам во Вселенной. А ведь этого нереально достичь, или я ошибаюсь? Вот я, к примеру, не питаю никакой любви к стране, в которой живу, я не могу любить исламских террористов. Да и, если честно, к своим собственным родителям, воспитавшим меня законченным невротиком, я испытываю просто нормальные родственные чувства, но не любовь.

          Получается, что счастье недостижимо?

  • Mariya Veter

    «А разработана она была только для одного — полной и радикальной
    трансформации нашего сознания таким образом, чтобы достичь освобождения
    от фундаментального беспокойства, вызванного мнимой ограниченностью
    нашего «я».(с)

    Очень классная формулировка, Витя!
    Про смерть тоже очень интересно. В моем понимании, смерть — это вообще самая величайшая тайна из всех, и именно то, КАК умирает человек (в каком состоянии сознания), является итогом/индикатором всей его духовной практики, и определяет все его «дальнейшее существование». Мне очень близка мысль о том, что не познав тайну смерти (хотя бы не прикоснувшись к ней), никогда не познаешь и тайну жизни.

    • Victor Shiryaev

      Маша, да, согласен.

  • Alexey Cody Volkov

    Спасибо огромное за такую глубокую статью! Я очень люблю медитацию (хотя я католик), но у меня было ощущение, что я в ней чего-то недопонимаю. После прочтения Вашей работы я понял, что зачастую мне предлагали медитацию как решение всех проблем. Сядешь с закрытыми глазами, посидишь так 10 минут в день, визуализируя при этом, что у тебя отличное здоровье, ты бросил курить, ты всегда абсолютно спокоен, повысили зарплату на работе, ты нашел жену и переехал жить в Норвегию — и — вуаля — если долго так медитировать, то всё сбудется. Вот в этом, рассказывали мне, и есть смысл медитации.

    • Victor Shiryaev

      Алексей, спасибо большое за отзыв, очень рад, что статья была полезной и в тему. Будут ещё. Что касается католической традиции, в ней школа созерцательных практик очень сильная — Тереза Авильская, Хуан де ла Крус (Иоанн Креста), а из современных очень рекомендую обратить внимание на работу о.Томаса Китинга и бр. Давида Стейндл-Раста, с их Centering Prayer.

  • Максим Глущенко

    большое спасибо, будем ждать про «Темную ночь души»!

  • Victor Shiryaev

    Полагаю, достижимо, просто всё постепенно. «Страну», как мне кажется, вообще любить сложно, а вот исламских террористов — возможно. Когда они рождаются как младенцы, их получается любить? В какой момент не получается? Когда они становятся соответствующих убеждений? Получается, можно любить человека, но не любить его убеждения и не принимать его действий? То же и с родителями..

  • Alexey Cody Volkov

    Да, Виктор, вы правы: дети рождаются детьми, и уж потом становятся исламскими террористами.

    Но вот вопрос счастья — он, по-моему, зависит от количества «хотелок» человека, и от переживаний, что его «хотелки» не исполняются.
    Вот мне хочется, чтобы подняли зарплату, а ее не поднимают, хочется перестать глушить стресс алкоголем, а не получается никак. Хочется жить
    подальше от Москвы, но там надо жить в нищете (ибо зарплаты копеечные), хочется изменить много чего в себе, но та личность, которая
    сформировалась за 40 лет жизни, никак не желает уходить. Ну и еще 1000 «хочу» могу написать.

    И вот как тут ощущать себя счастливым? Не скажешь же: «мне беразлична моя зарплата», или «ну напился и напился — что такого?»

    Между «хочу» и «могу» часто огромная пропасть. И это вызывает отрицательные эмоции.

  • http://evolutio.in Alexander Zhulenkov

    Алексей, здравствуйте, прошу прощения, что не ответил сразу. Мне очень понравился Ваш вопрос о достижимости/недостижимости счастья, это действительно глубокий вопрос.

    Сначала я попробую разъяснить, что именно я понимаю под счастьем. Мне сложно дать однозначное определение, поэтому я просто попытаюсь указать, чем оно точно не является. Я уверен, что счастье никак не связано с удовольствием/болью, с удовлетворенностью/неудовлетворенностью. Счастливым (равно как и несчастным) может быть и отдыхающий на яхте миллиардер, и ушедший в затвор монах, и получивший смертельную рану солдат. Счастьем невозможно «насладиться», его нельзя «потребить» как товар. Счастье для меня является синонимом присутствия смысла в жизни. Проще говоря, счастливая жизнь = жизнь, наполненная смыслом.

    Счастье, как я его понимаю, достижимо мгновенно, безо всяких усилий. Ощущение счастья является просто следствием безусловной любви по отношению ко всем существам во Вселенной. Выбор отношения безусловной любви не требует каких-либо затрат энергии, мы находимся в ситуации такого выбора каждое мгновение нашей жизни и каждое мгновение мы способны выбирать безусловную любовь.

    Что такое безусловная любовь и как она возможна по отношению к террористу? Мне кажется, что легче всего разобраться в этом вопросе у нас получиться в том случае, если мы введем такие метафизические категории как «царство тела», «царство души», «царство Духа». Например, сексуальное влечение — это царство тела, царство эмоций. Влюбленность, дружба, любовная связь, восхищение — это царство души, царство чувств. Безусловная любовь, моральная интуиция, счастье, смысл — это царство Духа. Как уже сказал Витя, безусловная любовь по отношению к террористу не означает позитивных эмоций по отношению к нему, не означает согласия с его взглядами. Если террорист намерен убить множество людей, а единственный способ остановить его — физическое уничтожение, то исходя из безусловной любви любви ко всем живым существам мы уничтожим террориста чтобы спасти наибольшее количество людей, чтобы спасти «наибольшую глубину при наибольшем охвате» (термин Кена Уилбера).

    Различные невротические привычки, как правило, развиваются вследствие нашего отпадения от Духа, вследствие отказа от выбора безусловной любви ко всем существам. Эти привычки причиняют нам боль, но они не в силах причинить нам страдание, если мы находимся в царстве Духа. Пребывая в царстве Духа мы сможем постепенно избавиться от невротических привычек или, выражаясь языком христианского богословия, «встать на праведный путь».

  • Alexey Cody Volkov

    Александр, я согласен, что Счастье — это НЕ «удовольствие/неудовольствие», это не наличие/отсутствие боли. Помню, как лежал в больнице после операции на грудной клетке, испытывая дикую боль, и так беспрерывно 2 недели, но я был счастлив, потому что наконец-то стал здоров!
    Но вот задания по работе, которые мне не нравятся (но делать надо), вызывают во мне раздражение и неудовлетворенность. А выпьешь пивка после такого рабочего мучения — и становишься счастливым. Правда, на следующий день к заданию, которое раздражает, прибавляется еще и похмелье, и чувствуешь себя вообще отвратно. А дома еще родственники, которые имеют своё личное мнение насчет того, как я должен жить, да еще мысль: «Мне 40, а я до сих пор неженат» — тут уж о каком Царстве Духа вообще можно говорить в моём случае!

    Знаете, Александр, я согласен с вашим пониманием счастья, но только как приблизиться к нему хотя бы отдалённо — вот загадка для меня. И Библия, и восточные религии говорят о Духе в первую очередь, но посмотришь на свою жизнь (и на жизни многих вокруг), и подумаешь: «Эх, какой тут Дух, какая духовность, когда каждый день на работе вкалываешь, потом в давке метро едешь домой, чтобы назавтра встать с постели и бегом на работу. Выходные пролетают как один миг, и так неделя за неделей, год за годом. Так у большинства, не только у меня».

    И зачем вообще это всё? Прожить жизнь, тревожась о завтрашнем дне, мечтать о повышении зарплаты, новой квартире, потом выйти на пенсию, жить (как и все пенсионеры) в нищете, болезнях, и в конце концов — умереть. Это стоит того, чтобы рождаться?

  • Victor Shiryaev

    Алексей, Александр, спасибо за такую глубокую переписку!

    Алексей, вы пишете,

    «я согласен с вашим пониманием счастья, но только как приблизиться к нему хотя бы отдалённо — вот загадка для меня. И Библия, и восточные религии говорят о Духе в первую очередь, но посмотришь на свою жизнь (и на жизни многих вокруг), и подумаешь: «Эх, какой тут Дух, какая духовность»

    Как я это вижу, и то (абсолютное счастье) и другое (Дух) присутствуют прямо здесь и сейчас. Всё есть Дух, ничего нет такого, что не было бы абсолютное счастье. А значит вопрос только в том, чтобы сдвинуть восприятие и осознать это.

    Рекомендую, к примеру, аудио-трек «Пять причин непросветленности», можно найти у нас в Авторы → Кен Уилбер

    Второй вариант (классический) заключается в том, чтобы постепенно убирать всё то в восприятии, что мешает это видеть постоянно. Убирать омрачения ума. Этим занимается медитация, об этом — созерцательная практика и в католичестве в том числе (как общаться с Христом как с любимым и родным близким, знать, что он всегда здесь и любит меня — всё о том же).

  • http://evolutio.in Alexander Zhulenkov

    Витя пишет: «и то (абсолютное счастье) и другое (Дух) присутствуют прямо здесь и сейчас. Всё есть Дух, ничего нет такого, что не было бы абсолютное счастье». Полностью с этим согласен.

    «был счастлив, потому что наконец-то стал здоров» — тут, скорее, подходит слово «рад». Радость всегда имеет причину, подлинное же счастье всегда лежит в сфере необусловленного. Счастье — это выбор, ежесекундный выбор.

    Если мы выбираем безусловную любовь ко всему сущему, то в своей жизни мы не горюем о прошлом и не тревожимся о будущем, мы находимся «здесь и сейчас», наше внимание сконцентрировано на том, что имеет смысл именно в этот момент. Иногда смысл имеет планирование, иногда — действие. Мы не грезим прошлым, мы не предвкушаем будущего, мы находимся в вечном теперь.

  • http://be.net/nobody754 NOBODY

    Спасибо огромное за статью, Виктор!

    Ну просто таки оооочень важная статья для любителей ньюэйдж медитаций, обниманий с деревьями, всяких непонятных йог, якобы тантрического секса и прочего «духовного» массмаркета.

    И хорошее напоминание тем кто таковыми себя не считает ::))))

    «Но если вы практикуете ежедневно и регулярно, то вы знаете, что динамика изменений вовсе не такая линейная и позитивная, как хотелось бы (и об этом пишут не так часто, как хотелось бы). Действительно, с каждой неделей вы можете обнаруживать всё больше счастья и больше покоя, но можете обнаружить и сильные спады, сложности и застои в практике, низкие и тяжелые эмоциональные состояния. В современном языке это то, что называется «Тёмная ночь души»»

    О, да! ::)))) Как практикующий медитацию на Ваджрасаттву подтверждаю полностью. Добро пожаловать в ваш персональный Ад ::))))

  • Iryna Ostapyuk

    Да, интерессно будет почитать о Темной ночи души с вашего опыта. Только выгребаюсь, занимаюсь Глубинными практиками. Спасибо!

 

In English