Ахимса с точки зрения тантры

К чему стадам дары свободы?
Их должно резать или стричь.
Наследство их из рода в роды
Ярмо с гремушками да бич.

А. С. Пушкин

Виктория Дмитриева — переводчик, индолог, автор бестселлера «Индия. Бродячее блаженство» и многих других публикаций. Магистр филологии (СПбГУ) и религиоведения (McGill, Монреаль, Канада). В Индию стремилась с детства и с 1996 г. часто и подолгу бывает там, занимаясь санскритом, йогой, переводами древнеиндийских текстов и организуя путешествия по «нетуристической» Индии и встречи с носителями её древних традиций. Последние 9 лет живёт в Индии, в летнее время читает лекции на индологические темы в России и Европе.

Первоначально текст написан для журнала «Vegetarian» и публикуется с разрешения автора.

Тантрическая традиция — и шактийская, и шиваитская — опирается на весьма богатый литературный фундамент. Это тантры, или агамы1, по форме являющиеся беседами небожителей — Шивы и его супруги Парвати, и записанные на санскрите около 4 века н.э. Как и веды, эти тексты считаются апаурушея, т.е. не сотворёнными человеком, а богоявленными озарениями древних йогинов.

Чрезвычайно важно, чтобы читатели понимали, что соприкосновение с тантрической традицией — это не просто погружение в «преданья старины глубокой» из эстетических или академических интересов. В послании этих текстов заключена величайшая ценность для человечества, вне зависимости от эпохи и моды, и относиться к ним следует прежде всего как к прямому руководству, к своего рода вечным лайфхакам, из глубокой древности и по великой милости дошедшим до нас и способным радикально осчастливить и преобразить нашу жизнь.

Эта статья прежде всего адресована тем, кто уже ищет выхода из тупика обыденности, кому избитых радостей повседневности оказалось мало, чья душа, по выражению Абхинавагупты2, «тоскует на чужбине по истинной благодати» и чует, что она неизмеримо шире, масштабнее навязанной извне матрицы.

Относиться к тантрическим текстам следует как к прямому руководству, вечным лайфхакам, способным радикально осчастливить и преобразить нашу жизнь

Божественная чета (Шива-Парвати) подробно обсуждает животрепещущие вопросы бытия — происхождение жизни, её основу, смысл, цели, разнообразие её форм, причины страданий живых существ и способы избавления от них, тайну смерти и посмертного существования, а также бессмертие и методы, к нему ведущие. Поскольку такие темы остаются вневременно насущными для всякого мыслящего и томимого духовной жаждой человека, нам надлежит обратиться к мнению и советам богов с пристальным вниманием и благодарностью. Также считается, что тантрические методы наиболее пригодны для смутной эпохи Кали, в которую мы живём.

Из целого ряда практических наставлений, которые Шива даёт своей божественной супруге, можно выделить те, что особенно ценны и своевременны для современного человека. Так царь и повелитель всех йогинов говорит о пяти основных пáшах — удавках, закабаляющих всякое живое существо и превращающих его в скота на привязи — в пáшу. В этой короткой статье мы подробно остановимся на каждой из них, потому что все они до боли знакомы всем нам, переживаются повседневно, если не ежечасно. Тем не менее, значения мы им не придаём и должного внимания не уделяем.

Итак, 5 основных удавок:

1) Жалость к себе и другим (грихнá). Жалость к себе неприемлема для йогина, ибо неизбежно проистекает из раздутого самомнения, чувства важности собственной персоны и ложного отождествления с преходящим вместо вечного. Жалость же к ближнему не может помочь, а лишь усугубит его плачевное состояние.  Не следует путать жалость с со-страда-нием (совместная страда, труд). Указать выход из горестного положения жалость не в состоянии.

2) Тоска, уныние (щóка). Великий святой русской земли Серафим Саровский говорил: «Нет хуже греха, и ничего нет ужаснее и пагубнее духа уныния». Почему? Потому что так же, как и жалость, уныние — свидетельство тупикового чувства собственной важности и в то же время ложной ничтожности.

3) Страх (бхая́м). Пожалуй, самая сильная из всех эмоций, удушающих человека на протяжении всей его жизни. Страх поселяется в нас практически с момента первого осознания нашей смертности. Страх полного исчезновения того, что мы привыкли воспринимать как наше драгоценное «я», повергает в отчаяние и депрессию. Именно этот коренной ужас перед неумолимой бездной смерти и порождает все остальные виды страхов и беспокойств, заставляя человека искать внешних, временных, материальных утешений.

4) Стыдливость (ладжá). Нарочитое умаление себя, неверие в Себя, а, стало быть, отрицание своей божественной сути, никак не может быть достоинством с точки зрения освобождающего учения агам. В то же время отсутствие ладжи вовсе не означает грубого, разнузданного поведения, а скорее безмятежное йогическое достоинство.

5) Брезгливость (джугупсá). Опять же, быть небрезгливым не означает, что надо питаться помоями или не прибирать своё жилище. Важно не содрогаться внутренне, не быть зацепленным этой удавкой. Так, многих приезжающих в Индию отвращает разбросанный повсюду мусор. Проблема загрязнённости в Индии действительно вопиюща, но не стоит сосредотачивать внимание лишь на ней, так можно не разглядеть её сокровища, всё ещё живые.

Заметьте, что все вышеупомянутые паши (они же эмоции) заставляют нас сжиматься, скукоживаться. Они разрушают нас — и внешне, и внутренне, в то время как любовь, радость, принятие — это всегда расширение, всегда полная открытость. Все паши питает неверие в собственную врождённую божественную природу, в её непреложную красу, силу и сияние. Вместо всемогущества Шивы джива ощущает себя маленьким, беспомощным, зависимым, а, по сути, безбожным. Власть удавок над нами и есть безбожие. В результате джива чувствует свою обособленность от всего и всех, свою ограниченную микроскопическую индивидуальность, которая костенеет в крепкой кольчуге, сотканной из имени, профессии, статуса, карьеры, происхождения, семьи, достижений. Так выстраивается величайшая подмена: мы начинаем принимать временные, тленные, недолговечные вещи за основу и горюем, когда они вдруг начинают таять на глазах. Всю свою жизнь мы посвящаем взращиванию и пестованию того, что в конечном итоге как дым на ветру покидает нас, совершенно не подозревая, что нетленное постоянно живёт внутри как подлинная, неотъемлемая наша суть. Всецело поглощённые грохотом и мельканием внешних впечатлений, мы не слышим нежного биения сути. Так работают удавки.

Подлинная ахимса не внешняя, а та, что постоянно происходит внутри нашего существа. Заключается она в невреждении своей изначальной божественной природе, в обнаружении и осознании Шивы как субстанции, пронизывающей все без исключения аспекты бытия. А такая ахимса подразумевает полное освобождение от зловредных удавок. Только такая внутренняя ахимса спонтанно повлечёт за собой и внешнюю. Ибо неизменная божественность мира откроется и засияет во всём своём многообразном великолепии. И вся Вселенная — от минералов до звёзд, от улитки до человека — предстанет единой мировой душой. Мыслью, словом или делом нанёс вред части — навредил целому. Без этого целостного осознания все внешние проявления так называемых милосердия, сострадания и человеколюбия, которыми так любит оперировать для своих далеко не гуманных целей пресловутая политическая корректность и толерантность, останутся лишь фрагментами всё той же паши жалости.

Подлинная ахимса заключается в невреждении своей изначальной божественной природе, в обнаружении и осознании Шивы как субстанции, пронизывающей все без исключения аспекты бытия

Главная трудность избавления от удавок состоит в том, что пашу в нынешнем мире быть не только не зазорно, а даже в некотором роде престижно. Вся гигантская социально-политическая махина, практически вся система воспитания и образования,  принятых норм поведения, вся шкала ценностей и стандартов современного общества направлены на укрепление и даже возведение в культ горестного статуса скота на привязи. Ухоженного, успешного, преуспевающего и абсолютно довольного собой раба. Потому что скотом на привязи легко управлять, он мгновенно поддаётся любым зомбирующим программам, он ведом, предсказуем и совершенно безвреден. Он идёт голосовать, за кого скажут, покупает разрекламированное, берёт кредитов столько и там, где укажут, ему запросто можно вдолбить любую ересь, и он будет повторять её с пеной у рта, считая непреложной истиной. Даже готов будет умереть за ересь, за мираж.

Он — также готовая целевая аудитория для всевозможных лжегуру и сект, число которых растёт на глазах, и порой распознать их непросто под красивыми вывесками духовного поиска, личностного роста и расширения сознания. Итак, друзья мои, мир заинтересован в нашем скотстве и рабстве, они необходимы миру как средства передвижения и питания. А если, согласно верованиям индуизма, такая печальная история повторялась на протяжении многих и многих перерождений, то становится не по себе. Но! Мы знаем, что уныние, страх и стыд — это удавки. Мы различаем их в себе, внимательно наблюдаем, осознаём и, таким образом, постепенно растворяем. Такой путь под стать лишь тем, кто готов взять на себя полную ответственность за все свои мысли, слова и действия. В тантрической традиции таких называют вирами — героями. Разглядеть и признать свои удавки, вырваться из удобного ига эго, и сделать это самостоятельно, не ожидая помощи извне — поистине героический поступок.

Таким образом, для практики настоящей ахимсы не достаточно быть вегетарианцем, веганом, сыроедом, любить детей, цветы и зверей. А  стоит прежде всего устремить все усилия для обнаружения своей божественной природы, постоянно присутствующей в нас. Именно в этом обнаружении и заключается, согласно тантре, смысл всякой человеческой жизни.

Примечания

  1. Агама — от санскритского глагольного корня «гам». Буквально означает «пришедшее», а именно знание, вышедшее из уст Махадэвы (Шивы) и вошедшее в уши Парвати.
  2. Абхинавагупта (около 950‑1020) — прославленный философ и йогин Кашмира, автор значительных трудов по тантре, в т. ч. «Тантралоки» и «Тантрасары».

Дмитриева Виктория

Виктория Дмитриева (Victoria Dmitrieva)

Переводчица, индолог, автор многих публикаций. Закончила филфак СПбГУ, получила магистерскую степень университета МакГилл (Монреаль, Канада) по специальности религиоведение. С 1996 часто и подолгу живёт в Индии — изучает санскрит, индийскую философию, йогу, занимается переводами древнеиндийских текстов и организует путешествия по «нетуристической» Индии. Автор книги «Индия. Бродячее блаженство».

anavrita.ru

Комментарии

 

In English