Посторонним вход разрешён: несколько слов о «хорошем парне»

Чужой

Хочу ли я быть «хорошим» и «нравиться всем»? Известным и распространённым стало наблюдение о том, что попытки быть «хорошим парнем» ни к чему не приводят: это неосознаваемое стремление удовлетворить значимого Другого, референтную группу, матрицу — зачастую фиктивных и вымышленных гоблинов, засевших в лиминальном пространстве между светом сознания и тенью. Оно не имеет отношения к подлинной нравственности и моральной интуиции, которые неотделимы от очищенных интеллекта и эмоций, от принятия жизненных решений на основании своей подлинности, «аутентичности», на встрече со своей глубиной, потрясающей все основания и снимающей все личины.

Более того, эта подлинная нравственность имеет иконоборческую природу, в тонком пространстве разрушающую идолов цепей, демонов цепляний и церберов заблуждений через высвечивание пустотного основания этих феноменов, через реализацию абсолютного сострадания, через обращение ядов в мудрость. Страх чужого мнения, подсознательно сидевший во мне, в моём склонявшемся к двойственному видению уме, изветшал: он растворяется в лучезарном сиянии предназначения моей души, которая возрождается изнутри и только изнутри. Это предназначение реализуемо лишь через смелость, решительность и страстность, — готовность быть безупречным воином духа, решительность отказаться от инфантильности желания нравиться и удовлетворять, потакать иллюзорным фантомам, открытость к своей внутренней тьме и собственным демонам. Готовность к безжалостному отсечению всего ненужного, наносного, иллюзорного, незначимого, отвлекающего, обманывающего, гипнотизирующего, страшащего. Реимпринтинг всей психофизической системы (тела и разума) во имя принятия благой вести недвойственного понимания реальности, переживания любви, экспрессии творчества.

Подлинная нравственность имеет иконоборческую природу, разрушающую идолов цепей, демонов цепляний и церберов заблуждений через высвечивание пустотного основания этих феноменов

Постижение пустотности природы всех явлений в моём бытии неотъемлемо и от личностного взросления, превосхождения и включения осевых вех развития. Один из важнейших строительных проектов во владениях моей души — это становление экзистенциальной самости наравне с трансперсональным сознанием. Экзистенциальная самость может быть названа кентаврической личностью, если обращаться к «кентавру» как образу неразделимого слияния души и тела. Для меня кентаврическая личность неотделима и от отполированного до зеркального блеска интеллекта, пространства служащего высшим целям ума, навсегда принятого и превзойдённого в безмыслии.

Jason Engle 1

На пути экзистенциального становления важнейшую роль играет самопринятие, переосмысление себя как «я-реального», а не смотрение на себя исключительно лишь сквозь призму несуществующего и галлюцинаторного «я-идеального», информированного во многом ложными конструктами и бессознательно усвоенными культурными нормами, вечно удаляющего от переживания блаженного царствия настоящего. Колин Уилсон удачным образом отразил философию «Постороннего», или «Аутсайдера»: человека, который видит слишком много, слышит слишком много, чувствует слишком много, который зачастую обездвижен потоком восприятия, запутан экзистенциальными вопросами смысла бытия и не находит себе места в предзаданных социумом ролях. Приходящий к оптимистическому экзистенциальному разрешению Посторонний находит вдохновение в космическом трепете, в страстном самовоспламенении, открывающем портал в мистическое единство.

Моё «я-реальное» как раз и есть такой Посторонний, наполненный глубиной переживаний интроверт, находящий силу в безграничной творческой самоэкспрессии. Я есть принятие внутреннего Постороннего, опирающегося на безумную мудрость, ликвидация страха перед необычностью своих установок и устремлений. Я позволяю себе отказываться от поверхностных проблесков во имя сокровищницы, таящейся во мраке. Моё стремление — быть всечеловеком, зеркальным сознанием, отражающим всё происходящее, спонтанной энергией, переливающейся за границы и смывающей всё в истечении первозданной любви. Быть собою.

Евгений Пустошкин (Eugene Pustoshkin)

Клинический психолог, эссеист, переводчик книг философа Кена Уилбера, исследователь-практик интегрального подхода. Ведущий семинаров по холосценденции.

www.pustoshkin.com

Комментарии

  • свинья

    збс

  • Екатерина Маничева

    Женя, очень страстный и проникновенный текст. Просто хочется сказать — «Я Тебя вижу и то,как Ты проявляешься, смело и красиво».

  • Vadim Shumilov

    Евгений, а в интегральной традиции насколько иллюзорным или не-иллюзорным считается понятие «Я», да еще «Я-реального»?

    • http://pustoshkin.com/ Eugene Pustoshkin

      Вадим, в интегральной теории Уилбер часто ссылается на позицию Нагарджуны, согласно которой в относительной реальности «Я», несомненно есть и реально, а в отношении абсолютной реальности мы вообще ничего не можем концептуализировать (ни реальности, ни не-реальности, ни того и другого, ни не того и не другого). Так что в рамках наших условных взаимоотношений понятие личности и «Я» неиллюзорно, прагматично и уместно.

  • Julie Ismagilova

    Евгений, мое состояние находит подтверждение в твоих словах. Это то, что я чувствую сейчас. Теперь только вновь найти «смелость, решительность и страстность». Спасибо:)

    • http://pustoshkin.com/ Eugene Pustoshkin

      Спасибо большое. Я несколько подобных отзывов получил. Я рад, что не зря это всё написано, так как это, конечно, самораскрытие.

  • Alexey

    Евгений, спасибо за текст. Близко. Но в тексте так много борьбы, когда говорится о ..некоторых частях самое себя, пусть и о условно «негативных», на ваш взгляд, его проявлениях. Одна из цитат — «Готовность к безжалостному отсечению всего ненужного, наносного, иллюзорного, незначимого, отвлекающего, обманывающего, гипнотизирующего, страшащего.» Вилбер в «Никаких границ» часто резюмирует, чем рискованны любые разделения, границы и тем более попытки борьбы вытеснения, отсечения. Современная гуманистическая психология также постоянно подчёркивает губительные последствия таких форм избавления. Пустотность как меч? Кажется, никогда. Пустотность — ведь не отрицание форм. Но точка взгляда для них, более точная система координат. С тем, чтобы… вернуться к ним вновь — пустота — есть ..форма. Прими, осознай и собери целостность с этим, Другим — в Одно. Об этом Восток и новая психология. В том, числе и нарциссные проявления — То, о чём вы пишете — тот самый Другой, вечно смотрящий наружу и живущий, главным образом, обратной связью с внешним социумом. Он, этот Другой сейчас куда более реален, чем тот Всечеловек, которого ещё найти нужно..

    • http://pustoshkin.com/ Eugene Pustoshkin

      Спасибо, у меня никаких возражений нет. Это ведь всё метафоры. Пустотность не отрицание форм и не не-отрицание форм, не «то и другое» и не «не то и не другое»; это не принятие форм и не непринятие форм… и т. д. Отсекаешь не Другого, а свою проекцию Другого, а Другого объемлешь тишиной, пустотой, созвучием. При этом медитативный путь, в каком-то смысле, это борьба (как спорт), труд, это каждодневное самовозобновление и самовспоминание через спонтанность своего сознания, проявляющегося в интенциональности. Есть целые традиции недвойственных практик духовного «отсечения», зарекомендовавшие себя веками: https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A7%D0%BE%D0%B4 Моё эссе — это, конечно, всего лишь творческий напев по мотивам эхо этих загадочных традиций.

 

In English