Дети как психопомпы: родительство и освобождение от травмы прошлого

Перевод выполнен с разрешения автора специально для журнала «Эрос и Космос».1

Крис Диркис. Дети как психопомпы

Раскачивайся не спеша, прекрасная колесница,
Приехавшая, чтобы отвезти меня домой.2

Древние цивилизации во всём мире понимали роль, которую во время смерти играют помощники. В греческом языке эти персонажи называются психопомпами, дословно — «проводниками души»3. Психопомпами могли быть божества, ангелы, тотемные животные, умершие родственники или живые люди (например, шаманы). Известный пример психопомпа в западной мифологии — это Харон, лодочник, переправлявший души умерших в царство мёртвых.

В этой статье я хочу предложить идею, что дети выполняют функцию психопомпов для своих родителей. Я сделаю это, опираясь на свой опыт отцовства. Моей дочери сейчас почти два года, и я расскажу, как она сыграла роль психопомпа в моей жизни.

Дети — проводники душ своих родителей. Если точнее, они заходят в омертвевшие зоны родительской души и выявляют их

Дети — проводники душ своих родителей. Если точнее, они заходят в омертвевшие зоны родительской души и выявляют их. Дети здесь для того, чтобы явить свету неупокоенную смерть — психотравму родителя или родителей. Психотравма в этом смысле похожа на душу усопшего, которая так и не перешла в загробную жизнь. Такие души обитают в нашем мире, и, хотя в этом мире им уже не место, они так и не отправились туда, куда им следует, в место окончательного упокоения.

Психотравма влияет на жизнь человека схожим образом, неотступно следуя за ней. Психопомп помогает переправить души умерших из этого мира в место упокоения, и поэтому дети не являются психопомпами в традиционном понимании: они не перевозчики душ умерших в загробную жизнь. Они психопомпы для живых душ родителей. Родители несут в своих душах много мёртвого, но не похороненного. Исследуя жизнь детей через призму литературы о психопомпах, мы можем, по моему убеждению, обрести большую веру в мудрость детской души.

jose-benlliure-gi-l-la-barca-de-caronte-1919

В традиционных мифах психопомпу часто приходится убеждать душу умершего, что она в действительности мертва. Такая душа может пребывать в смятении относительно своего состояния — например, по причине жестокой или резкой смерти. В таком случае психопомп должен завоевать доверие души. Психопомп каким-то образом должен уверить душу в том, что она находится в посмертном состоянии. Возможно, психопомп попросит душу честно взглянуть на себя или попытаться прикоснуться к себе. Возможно, психопомп знает эту душу лично и может напомнить подробности смерти.

Схожим образом, дети здесь ради того, чтобы показать родителям их неоплаканные смерти и психотравмы. Большинство родителей живут в состоянии отчуждённости и неведения в отношении своих собственных травм и триггеров — подобно душам мёртвых, не подозревающих о своей смерти. С точки зрения своих воплощённых душ, дети здесь для того (помимо множества иных причин), чтобы «нажимать на кнопки» родителей. Они здесь для того, чтобы пробудить спящие вирусы души родителя, чтобы выявить отчуждённость родительской души. Они здесь для того, чтобы прогуляться по саду родительской души и указать на места упадка, разложения и смерти. Дети будут продолжать делать это в надежде, что их родители осознают свою боль и наконец признают её.

Дети как психопомпы не могут сделать за вас шаг по признанию психотравмы или болезни души. Только вы сами как родители можете это сделать

Если этот первый этап контакта и установления доверительных отношений между душой и психопомпом завершён, то начинается следующая стадия. Психопомпы могут подвести душу только к порогу трансформации. Психопомпы довозят душу умершего до края водоёма, до двери или до вершины горы, где душа должна решиться на финальный шаг. Психопомп может только утешить, успокоить и молиться, чтобы душа решилась идти дальше; выбор всегда остаётся за душой умершего. Психопомп не может лишить её свободы, и не может проделать работу за неё. Так и дети могут лишь указать родителям на их травмы и незаконченный процесс проживания смерти в их душах. Дети могут только подвести родителей к порогу трансформации. Дети как психопомпы не могут сделать за родителей шаг по признанию психотравмы или болезни души. Только сами родители могут это сделать. Психопомпы не ответственны за смерть души, с которой они работают. Психопомпы помогают умершим осознать своё состояние и потом указывают на способ правильного перехода к свету.

Грустно сознавать, что наш мир не принимает эту священную роль детей. Дети вскрывают травмы своих родителей и болезни их душ, в конечном счёте, для их же исцеления. Дети выявляют такую душевную боль для того, чтобы она могла быть исцелена.

Практически же это делает детей радикально уязвимыми. К огромному сожалению, слишком часто в качестве ответа на вскрывание раздробленности и раны родителя, ребёнка не только не благодарят, но и травмируют в отместку. В худшем случае это ведёт к насилию — физическому, ментальному, словесному, эмоциональному или сексуальному. Родитель неосознанно реагирует, опираясь на свои неисцелённые части, и желает только, чтобы ребёнок остановился, лишь бы его боль больше никогда не проявлялась и не всплывала. От такого жестокого обращения дети учатся подавлять свою боль, набрасываться на других в порыве боли, затыкать тех, кто угрожает их психической стабильности, и бояться царства мёртвых. Так они вырастают в этом мире больных душ и со временем передают эти уроки следующему поколению.

Каждое поколение детей пытается инициировать своих родителей в истину душевного исцеления, и провести их через царство мёртвых…

Каждое поколение детей пытается инициировать своих родителей в истину душевного исцеления, и провести их через царство мёртвых. Увы, слишком часто это становится просто очередным витком травматизации и насилия, которые передаются из поколения в поколение.

Когда пара думает о том, чтобы завести ребёнка, им нужно предоставлять именно такую информацию. Они должны сознавать, что таким образом приглашают в свой дом психопомпа, который непременно найдёт болезнь их души и пробудит её. Ребёнок-психопомп нащупает узор-паттерн их психотравмы и активирует его.

Если родители достаточно подготовлены к тому, чтобы работать с паттернами своей психотравмы, если они обучены исцелению своих душ, тогда они смогут радостно приветствовать психопомпа в своей жизни. Приход ребёнка-психопомпа, в таком случае, становится возможным источником трансформации. Если же они не подготовлены к такому сценарию, то велика вероятность, что они будут реагировать не лучшим образом, в результате чего пострадает ребёнок.

Lytovchenko_Olexandr_Kharon

Моя дочь Сейдж стала таким психопомпом в моей жизни. Я описывал раньше тот опыт, который пережил во время её рождения, и как она посредством этого помогла мне сдружиться с ужасом и паникой как союзниками. Это был первый аспект её работы в качестве психопомпа. Её рождение привело меня к встрече с энергиями Ужаса и Паники. И уже моим делом было пойти дальше и научиться воспринимать их как способ исцеления.

Моя дочь Сейдж стала таким психопомпом в моей жизни

Второй аспект её работы в качестве психопомпа проявился в процессе её рождения. Роды Сейдж продолжались в течение нескольких дней. Вечером второго дня моя жена Хлоя начала стонать и рычать, чтобы ускорить процесс родов. Когда она начала стонать ритмично, будто бы пропевая мантру, я почувствовал себя странно. Я вышел из комнаты и спустился в спальню, ощущая себя как в тумане. Мне было плохо. Я натянул покрывало на голову, бессознательно принял позу зародыша, и вскоре блаженно уснул.

По мере того как роды продолжались — включая ту историю, о которой я писал ранее, про сами роды и первые дни после — я практически не вспоминал про это странное переживание. Я упомянул о нём в разговоре с подругой, которая занимается исцелением родовых травм, и она предположила, что тогда я пережил вспышку воспоминания того, как проходило моё собственное рождение.

Я помню, что почувствовал некое внутреннее знание, когда она это сказала. Словно какой-то голос произнёс: «Она права».

Но ничего более из этого опыта не последовало. Я был больше сосредоточен на том, что произошло с Ужасом и Паникой, и на моей новой жизни в роли отца.

Где-то через 10 – 12 месяцев мы с Хлоей экспериментировали с тем, как я могу помочь усыплять Сейдж. Сейдж так привыкла к грудному вскармливанию, что только Хлоя могла её усыпить. Но такой расклад очень негативно сказывался на Хлое, она испытывала постоянный недосып.

Поэтому мы несколько раз попытались найти способы, как я мог бы сделать так, чтобы Сейдж уснула. Иногда с этим не было проблем. Но иногда это не срабатывало. Сейдж безутешно кричала, зовя маму. Я пробовал усыпить её, прогуливаясь с коляской. Пару раз она благодарно уснула.

Боль переносила меня на физический план бытия, который я вытеснил бы при других обстоятельствах. А во-вторых, это была единственная моя сила в ситуации бессилия

Но иногда даже это не помогало. И в это время я начал снова испытывать то странное переживание. Я делал всё что мог, чтобы оставаться центрированным и заземлённым. Иногда это казалось настоящим подвигом Геракла. После этих переживаний я испытывал различные симптомы срыва — тошноту, слёзы и/или дрожь. Как бы трудно ни было признаться в этом, но несколько раз я сильно себя ударил. Однажды (не в её присутствии) я бился головой об стену. Это было не настолько сильно, чтобы причинить мне вред, но в этом была цель. Боль переносила меня на физический план бытия, который я вытеснил бы при других обстоятельствах. А во-вторых, это была единственная моя сила в ситуации бессилия. Я делал что-то, что могло хотя бы на короткий промежуток времени прекратить страдание.

Каждый раз, когда это случалось вновь, я мог продержаться всё дольше, но также и последствия были всё болезненней и интенсивней. Кульминация этого паттерна произошла примерно три месяца назад. Вновь я пытался усыпить Сейдж, но она всё не засыпала и начала плакать.

Что делать, если ребёнок не засыпает

Я оставался так с ней (что требовало большого усилия) около двадцати минут. В определённый момент я сломался. Я лопнул. Я попросил Хлою прийти и взять Сейдж на себя.

Я вышел в зал и вся комната начала вращаться. Я чувствовал, будто попал в торнадо или в бурные воды. Меня сильно затошнило, но я кое-как смог удержаться от рвоты.

Обычно, если у меня начинает кружиться голова (вообще-то, это случается очень и очень редко), я сначала осматриваюсь в пространстве и пытаюсь заземлиться в нём. Стены, пол, потолок, двери, что угодно. Но в этот раз это было невозможно, так как вся комната была захвачена в этом торнадо. Я попробовал остановить внимание на деревьях за окном, но и они кружились. Мне не за что было ухватиться. И только потом мне удалось энергетически соединиться с огромным деревом в трёх кварталах от нашего дома. Энергетическое торнадо, в котором я очутился, было радиусом в три квартала! И мне едва удавалось на какие-то мгновения зацепляться за то дерево.

Находясь в воронке (которая раскручивалась, кажется, минут 35 – 40), я вспомнил тот опыт при родах Сейдж.

Я внутренне проговорил, что согласен пройти через этот опыт. Я отпустил свои тщетные цепляния за дерево, и вместо того, чтобы меня просто начало швырять ветрами в разные стороны, я начал переживать краткие мгновения полёта, будто бы ветер несёт меня, будто бы я оседлал поток. В основании этого переживания мимолётного отпускания и полёта было удивительное глубинное ощущение блаженства.

Потребовались её истошные крики, чтобы я наконец-то вошёл в прямой контакт с энергиями своей травмы рождения, которые были столь глубоко спрятаны до этого момента

Такие мгновения не длились долго. В основном, я терялся в воронке. В конце, ветра утихли и мне потребовался час или более того, чтобы вернутся в обычное телесное присутствие. Я лёг спать и проснулся на следующий день зная, что дал своё согласие какому-то процессу поработать со мной.

Стало совершенно ясно, что на поверхность вышла моя травма рождения. Сейдж стала моим психопомпом во второй раз. Потребовались её истошные крики, чтобы я наконец-то вошёл в прямой контакт с энергиями своей травмы рождения, которые были столь глубоко спрятаны до этого момента (и слава богу, что так!).

Я не знал, как мне работать с травмой рождения, или точнее, как она будет прорабатывать меня. Но она меня именно что проработала.

Два дня спустя я сел медитировать, и меня втянуло в процесс, который вновь включал психическое перепроживание моего рождения. В этот раз, однако, переживалось из сознательного исцеляющего состояния. На протяжении следующих четырех недель я испытал четыре таких крупных медитативно-целительно-психических эпизода (по разу в неделю).

Станислав Гроф. Базовые перинатальные матрицы

Эти четыре переживания соответствовали четырём перинатальным матрицам, описанным трансперсональным психологом Станиславом Грофом: пребывание в утробе, начало родов, прохождение родового канала, и вход в мир. По Грофу, каждой из этих четырёх матриц соответствует своё характерное состояние или переживание: океаническое блаженство, космическое сжатие и безысходность, борьба смерти/перерождения и переживание смерти/перерождения.

Благодаря этому процессу, я смог вернуть себе те аспекты меня самого, которые связаны с моим собственным рождением

Я не буду описывать детали. Попросту говоря, теперь, по окончании процесса, я могу сидеть с плачущей Сейдж, даже в состоянии упадка, и я не чувствую накопления напряжения, сигнализирующего о начале переживания диссоциативного отчуждения или психотравмы. Естественно, это не всегда очень приятно. Бывают моменты, когда я хотел бы, чтобы это прекратилось или когда у меня заканчивается терпение, но я не выхожу из себя, и никакого головокружения тоже больше нет. Стоит отметить также, что когда я прошёл этот процесс, у дочки сократилось количество эпизодов непрекращающегося плача и я могу быть с ней, пока она засыпает. Это в точности так же, как завершается работа психопомпа, когда умершая душа наконец-то решает перейти на тот свет. Сейдж больше не нужно провоцировать меня подобным образом, так что она перестала это делать.

Благодаря этому процессу, я смог вернуть себе те аспекты меня самого, которые связаны с моим собственным рождением. В частности, я могу теперь на людях (и без дрожи) рассказывать о том, что я был оставлен матерью после родов. Если раньше я рассказывал о себе как о приёмном ребёнке, этот процесс позволил мне принять правду, что меня бросили, когда я родился, при этом не давая рамкам этой правды меня ограничивать.

Иллюстрация © Alex GreyСейдж, будучи психопомпом, привела меня в контакт с психотравмой и смертью, и поскольку я был готов переступить сей порог, в итоге я стал более исцелённым.

Я чувствую, что сейчас, возможно, начинается третий раунд работы с Сейдж в качестве психопомпа. Я не уверен, но кажется, что в наших с ней отношениях появляется новый слой. Не знаю, что там конкретно будет, но убеждён, что Сейдж вновь приведёт меня в пространство некой психической смерти, которую я несу в себе, и мне опять будет предоставлен выбор прыгнуть в неизвестность.

Дети — это психопомпы. Конечно, они и многое другое тоже. Безусловно и то, что роль психопомпа не является определяющей характеристикой жизни ребёнка, но я ещё не встречал родителей, чьи дети не находили бы их «спусковые крючки» и не нажимали бы на них. Эта роль настолько распространена, что нам необходимо признать и учитывать её. Когда ваши дети нажимают на ваши проблемные зоны, указывающие на глубокие неисцелённые части вашего существа, имейте в виду, что они выполняют роль психопомпов. Поблагодарите их за это, позвольте им провести вас в самую сердцевину переживания и затем самостоятельно примите решение идти к свету.

Примечания

  1. Англ. оригинал статьи был опубликован в электронном журнале «Reality Sandwich». Русский перевод публикуется с разрешения издания.
  2. Cлова из знаменитого негритянского спиричуала начала XX века. — Прим. ред.
  3. Психопомп (греч. ψυχοπομπός — «проводник душ») — существо, дух, ангел или божество, во многих религиях ответственное за сопровождение душ умерших в иной мир. В греческой мифологии прозвище бога Гермеса, провожающего души умерших в Аид. Роль проводника — не свершение суда над умершим, а предоставление безопасного прохода. У Юнга психопомпы — посредники между бессознательной и сознательной сферами. — Прим. ред.

Диркис Крис

Крис Диркис (Chris Dierkes)

Священник англиканской церкви, магистр богословия (MA in Divinity). Исследователь интегрального подхода. Автор статей по теме современной духовности и её связи с экономикой, социальной справедливостью и политикой.

chrisdierkes.com

Комментарии

 

In English